Передают, что Джа‘фар ибн Мухаммад, да будет всевышний Аллах доволен им и его отцом, рассказывал со слов своего отца о том, что однажды они пришли к Джабиру ибн ‘Абдуллаху. Он поинтересовался о том, кто пришел навестить его, и когда очередь дошла до Мухаммада, он сказал: «Меня зовут Мухаммад ибн ‘Али ибн Хусейн». Джабир положил руки ему на голову, а затем расстегнул верхнюю и нижнюю пуговицы его рубахи и прикоснулся ладонью к его груди. Мухаммад был юношей, а Джабир – слепым старцем. Он сказал: «Добро пожаловать, сын моего брата! Спроси меня, о чем пожелаешь». Мухаммад задал ему вопрос, но наступило время намаза, и Джабир отправился молиться. Он встал, обернувшись в красивую мантию, которая однако была ему короткой, и поэтому, когда он натягивал ее на плечи, ее края приподнимались. А рядом с ним на вешалке висел его плащ. Джабир сам руководил намазом, после чего Мухаммад попросил его: «Расскажи о том, как Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, совершал хадж».

Джабир показал на пальцах девять и сказал: «Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, не совершал хаджа в течение девяти лет. На десятый год было объявлено, что Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, намеревается совершить хадж, и в Медину прибыло множество людей. Все они желали сопровождать Посланника Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, и повторять совершаемые им обряды. Мы выступили в путь и достигли Зу-ль-Хулейфы. В это время Асма бинт Умейс родила Мухаммада ибн Абу Бакра. Она послала человека к Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, чтобы узнать, что ей делать. Он сказал: “Искупайся, а затем длинным и широким куском материи перевяжи место кровотечения. После этого ты можешь вступить ихрам”. В мечети Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, совершил два рак‘ата, а затем сел на свою верблюдицу аль-Касву’. Когда его верблюдица достигла местечка аль-Байда, я увидел, что со всех сторон – спереди и сзади, справа и слева – его окружали пешие и всадники, которых было невозможно объять взором. Среди нас находился Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, которому ниспосылался Коран и который знал о его смысле, и поэтому мы повторяли всё, что он совершал. Он громко провозгласил свидетельство единобожия и начал повторять: “Вот я перед Тобой, о Аллах!

Вот я перед Тобой! Вот я перед Тобой, и нет у Тебя сотоварища! Вот я перед Тобой! Поистине, Тебе надлежит хвала, и Тебе принадлежат милости и владычество! Нет у Тебя сотоварища” (Ляббейк аллаахумма ляббейка! Ляббейка ляя шариика ляка ляббейка! Инналь хамда ван ниъмата ляка валь мулька ляя шариика ляка). Все люди вслед за ним громко повторяли эти слова, и Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, ничего не сказал им из-за этого. Напротив, он постоянно повторял тальбийу. А что касается нас, то каждый из нас намеревался совершить хадж, потому что мы не знали, как совершать малое паломничество. Когда мы вместе с Посланником Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, подошли к Каабе, он прикоснулся к ее углу, а затем обошел вокруг нее три круга быстрым шагом и четыре – степенным. Затем он подошёл к месту Ибрахима, да пребудет над ним мир, и прочитал: “Сделайте место Ибрахима местом моления” (2:125). Он встал так, что место Ибрахима оказалось между ним и Каабой, и совершил два рак‘ата, прочитав в них суры “аль-Ихлас” и “аль-Кафирун”. Затем он вернулся к углу Каабы и вновь прикоснулся к нему. После этого он вышел через ворота и направился к ас-Сафе. Приблизившись к ней, он сказал: “Поистине, ас-Сафа и аль-Марва – это обрядовые знамения Аллаха (2:158). Я начну с того, с чего начал Аллах”.

Он начал с ас-Сафы и поднялся на холм, откуда была видна Кааба. Затем он встал лицом к ней, провозгласил свидетельство единобожия, возвеличил Аллаха и сказал: «Нет божества, кроме Аллаха, одного, у которого нет сотоварища! Ему принадлежит власть и надлежит хвала, и Он властен над всем сущим! Нет божества, кроме одного Аллаха! Он выполнил обещание, помог своему рабу и в одиночку сокрушил враждебных союзников» (Ляя иляяха илляллааху вахдаху ляя шариика ляху! Ляхуль мульку ва ляхуль хамду ва хува ‘аля кулли шей’ин кадиирун! Ляя иляяха илляллааху вахдаху анджаза ваъдаху ва насара ‘абдаху ва хазамаль ахзааба вахдаху). Он повторил это трижды, а в промежутках между каждыми двумя разами обращался к Аллаху с мольбой. Затем он начал спускаться в направлении аль-Марвы. Спустившись в долину, он побежал, а дойдя до возвышенности, перешёл на шаг. Поднявшись на аль-Марву, он сделал все так же, как и на Сафе. Закончив на аль-Марве последнюю пробежку, он сказал: “Если бы я знал раньше то, что знаю сейчас, то не подгонял бы жертвенных животных и совершил бы малое паломничество. Если у кого-то из вас нет жертвенных животных, то пусть он освободится от ихрама, совершив малое паломничество”. Тогда Сурака ибн Малик ибн Джу‘шум встал и спросил: “О Посланник Аллаха, это предписано нам только в этом году или навсегда?” Скрестив пальцы рук, Посланник Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, сказал: “Малое паломничество входит в хадж. Малое паломничество входит в хадж, и это предписано вам навсегда”. В это время ‘Али прибыл из Йемена с жертвенными животными для Пророка, мир ему и благословение Аллаха, и увидел среди освободившихся от ихрама Фатиму. Она надела одежду из крашеной ткани и сама накрасилась сурьмой. ‘Али осудил её за это, а она ответила: “Мой отец велел мне поступить так”. Когда ‘Али находился в Ираке, он рассказывал, что отправился к Посланнику Аллаха, мир ему и благословение Аллаха, чтобы пожаловаться на то, что сделала Фатима, и узнать его мнение обо всем, что она сообщила ему. Когда он рассказал ему о том, что осудил ее, Пророк, мир ему и благословение Аллаха, сказал: “Она сказала правду! Она сказала правду! Что ты сказал, когда начинал паломничество?”