Посланник Аллаха сказал: “Поистине, у каждой религии есть нрав, и, поистине, нрав Ислама – скромность” (Ибн Маджа). Строгость была присуща учению иудаизма во времена Мусы (мир ему), а великодушие и прощение были присущи учению христианства во времена ‘Исы (мир ему). Ислам же отличился скромностью. И все религии велят придерживаться всех добродетелей во всем и спрашивают за их соблюдение во всем.

Благородный Пророк хотел сделать восприимчивость мусульманина к благому в добродетели и к злу в пороке основой, которая побудит его следовать первому и отвратит от второго; скромностью, которая не позволит ему упустить благое и сделать дурное, независимо от воздаяния и наказания. Так об этом сказал Ибн Аль-Каййим:

“Донесся ветер Воскресения,

Но не пришли еще его посланцы к нам,

Огонь не разожжен пока.

Так разве же не надлежит рабам

Быть скромными к Дающему спасение,

К Тому, Чья милости полна рука”.

Пророк обладал самым утонченным нравом среди людей, его образ жизни был самым благородным средь них. Он был преисполнен чувством долга, отвергал харам. От Абу Са‘ида Аль-Худри передано следующее: “Посланник Аллаха был более скромен, нежели девственница в своей комнате, а коль он видел что-то, что ему было неприятно, то мы узнавали это на его лице” (Муслим). Вера – это благородная связь между рабами и их Господом, а также долг, проистекающий из этой связи, и самое первое ее влияние – это очищение души, исправление нрава, добропорядочность в поступках. Это произойдет лишь в том случае, если в душе сформируется живое чувство, благодаря которому вы возвыситесь над грехами и прочувствуете унижение от глупых пустяков. А безбоязненное объятие всего подлого и совершение проступков без чувства запятнанности свидетельствует о том, что душа утратила свою скромность, а за ней и веру.

Посланник Аллаха сказал: “Скромность и вера сопряжены вместе, и коль унесено одно, оно уносит другое” (Аль-Хаким). Причина этого в том, что когда человек теряет свою скромность, он постепенно переходит от плохого к худшему, погрязает в пороке и продолжает погрязать в нем до тех пор, пока не скатится на самое дно. От Посланника Аллаха передан хадис, раскрывающий этапы этого падения, которое начинается с утраты скромности и заканчивается самыми чреватыми последствиями:“Поистине, Аллах, Всемогущ Он и Велик, коль хочет погубить раба, вырывает из него скромность. И коль Он вырвет из него скромность, ты не встретишь его (иным), кроме как ненавистным-прененавистным. И коль ты не встретишь его (иным), кроме как ненавистным-прененавистным, (будет) вырвана из него амана. И коль вырвана из него амана, ты не встретишь его (иным), кроме как вероломным предателем. И коль ты не встретишь его (иным), кроме как вероломным предателем, (будет) вырвано из него милосердие. И коль вырвано из него милосердие, ты не встретишь его (иным), кроме как проклинаемым-проклятым. И коль ты не встретишь его (иным), кроме как проклинаемым-проклятым, (будет) вырвана у него и вервь Ислама” (Ибн Маджа).

Это проницательное описание Пророком стадий болезни души, а также прослеживание им этих этапов – того, как каждый скверный этап переходит в еще более гнусный. Человек, коль он сорвал покров со своего лица и не страшится суда за свои деяния, не боится никакого порицания за свое поведение, будет чинить вред людям и творить произвол со всеми, кто окажется под его властью. Такому агрессивному человеку не найти сердца, которое над ним сжалится; более того, он сам насаждает злобу в сердцах и взращивает ее. Какое же чувство любви может быть проявлено по отношению к человеку, который не страшится ни Аллаха, ни людей! В нем отсутствует скромность, которая может отвратить его от грехов. Если человек становится именно таким, то он не заслуживает никакого доверия ни в чем: как же ему могут доверить деньги, если он не стыдится проесть их, или репутацию, которую он не постесняется опозорить, или обещание, когда он не побеспокоится о том, чтобы не нарушить его, или обязанность, когда он не озабочен тем, чтобы не упустить что-либо из этого, или товар, если он не избегает жульничества?