Первыми немусульманами, обратившимися лицом к проблеме «понять ислам», были гонимые Римом и Византией христиане-еретики и иудеи Передней Азии. Среди христиан были копты, ариане, несториане, якобиты; иудеи — выходцы из Сасанидского Ирана и в небольшом количестве — из Египта.

Здесь не было подавления немусульман и покорения их прямой силой исламского оружия. «Еретики» христианства первого — третьего веков «хиджры» (VII—IX вв. н. э.) искали в «новых соседях», в крепко сплочённой умме (общине) мусульман социальное освобождение от римской или византийской власти и развитие идей своих богов: ведь они вначале вполне зримо угадывались в раннем исламе. Иисус Христос предсказал (по Евангелию от Иоанна. См. главу о Св. Духе: 14, 26) деяния Мани (ум. 276 г.); последний же требовал уточнения и очищения пророчества Мусы (Моисея) и Гайсы, или Исы (Иисуса). В таком взаимном изучении прошли первые века продвижения ислама и его восприятия в мире соседей — немусульман.

Нарастание «чужести» от исламского мира имело ряд этапов и особенностей.

Напомним, что первоначально продвижение ислама за пределы Аравийского полуострова шло не натиском, но «просачиванием» с опорой на христианские еретические толки. И ещё один момент — опорой для расширения влияния раннего ислама служили торговцы, которых объединившиеся под знаменем Пророка племена избавили от разбойников и грабителей на старых караванных путях.

К числу основных торговых троп Старого Света того времени, которыми постарался воспользоваться ислам, были широтный Великий шёлковый путь и меридиональный путь «из варяг в греки», иначе говоря — великий рабский путь с Севера Европы через Киев в Средиземноморье. Далее он разветвлялся в новые европейские владения ислама — на Иберийский полуостров и в Сиро-Палестинский район, в Счастливую Аравию и даже в Северную Африку.

На меридиональном направлении ислам столкнулся сначала с иудейским Хазарским каганатом, затем с языческой, а потом православной Киевской Русью. Здесь религиозное проникновение ислама затормозилось. Всё ограничилось взаимовыгодными торговыми и культурными контактами.

Иначе сложилась ситуация на широтном пути — Великом Шёлковом и его ответвлениях. На этих путях ислам по дороге торговал, если получалось — завоёвывал, освобождал и — о чудо! — уравнивал раба и господина.

Безусловно, весьма формально. Эту мифическую свободу — умереть, сражаясь за новых господ, внешне столь же нищих, как и вчерашние рабы, — воспевают фундаменталисты — политиканы от ислама с дипломами Сорбонны и Йеля…

Ислам привлекал к себе, прежде всего, силой единства и сплочения. Подобно тому, как это происходило в Сиро-Аравийском регионе, сложилась ситуация (столетия спустя) в Нижнем Поволжье или на Северном Кавказе (Дагестан): местные язычники легко приняли сторону сильного своей сплочённостью и взаимовыручкой исламизированного общества.

Православная Византия и католический Рим слишком активно боролись с ересями, чем оттолкнули от себя массы христиан. В конечном итоге древняя Византия рухнет, но под натиском не исламских воинов, а католиков-крестоносцев.

Тем временем ислам шёл в Европу быстро и почти бескровно с юга Средиземноморья и укрепился по ту сторону Пиренеев. В начале VIII века, в 711 году, правитель Тарик высадился с небольшим войском бедуинов и туарегов в том месте, которое до сих пор носит его имя (Гибралтар, Джебль ат-Тарик — т. е. скала Тарика). В битве против арабов погиб Родерих — последний король вестготов. На то, чтобы пройти до территории современной Франции, потребовалось всего несколько лет. К 715 году в руках завоевателей был весь Иберийский полуостров. Отступление мусульман началось после битвы при Пуатье 732 года. На то, чтобы окончательно вернуть Иберийский полуостров под власть христианских монархов, потребуется 760 лет!